Главная » Статьи » Время Конфуция

Феодализм и клановое родство в период чжоу
Конец периода Чуньцю до последнего времени считали временем распада феодализма. Здесь слову «феодализм» мы придаем тот смысл, в каком оно используется в китайском языке: так определяют данную систему, противопоставляя ее организации «по областям и уездам». 
Однако в более общем смысле оно, в сущности, не имеет отношения к его современному значению, для которого моделью является средневековый западноевропейский феодализм, и к его нынешнему использованию в качестве термина истории права, социальной и экономической истории. 
Чтобы глубже понять дух времени Конфуция, следует раз и навсегда отказаться от его использования в качестве условного термина, свойственного китайскому языку в наше время, и непредвзято и беспристрастно разобраться, вправе ли мы в действительности в перечисленных выше общих областях истории называть чжоускую административную и социальную организацию феодальной. 
Лишь после всеобъемлющего анализа так называемого феодализма династии Чжоу в свете социальной и экономической истории мы получим право признать, что с точки зрения социальной истории во второй половине периода Чуньцю имел место распад феодализма.
Я уже констатировал, что чжоуский двор дробил принадлежавшие ему земли и распределял их между вассалами, чья власть над владениями была наследственной. П
режде всего нужно уточнить, какими были взаимоотношения этих вассалов с царским домом и привилегии, которые царский дом даровал вассалам. Затем следует изучить механизмы, созданные для регулирования отношений между вассалами и царским домом.
Нельзя сказать, что источники по чжоуской истории многочисленны. Однако материал по истории права, относящийся к так называемой чжоуской феодальной системе, был обнаружен в значительном числе инскрипции на бронзовых сосудах. Такие сосуды отливали для использования в церемониях, связанных с культом предков, а также в память почестей, дарованных царским домом. Инскрипции на них часто цитируют тексты жалованных грамот, полученных от царского дома вассалом или высокопоставленным чиновником по случаю приезда ко двору.
 Такие бронзовые сосуды с надписями относятся ко времени Западной Чжоу (особенно к концу этого периода, к IX и самому началу VIII в. до н. э.) – тогда династия Чжоу еще сохраняла свою священную столицу в Цзунчжоу (неподалеку от Чанъани на западе современной провинции Шэньси) с алтарем в храме предков царского дома. Надписи на бронзе – жизненно важный материал для изучения чжоуской истории; содержащиеся в них цитаты из жалованных грамот, а также подробные записи, касающиеся церемоний по поводу дарования таких документов, – особенно значимые источники. В качестве документов по истории права они не имеют себе равных.
Подтверждают данную в них информацию такие тексты, как ряд глав «Канона писаний» («Шу цзина»), где приведены наставления Чжоу-гуна – великого государственного деятеля, жившего в самом начале правления династии Чжоу, и формалистические стихотворения «Я» («Оды») в «Каноне стихов» («Ши цзине»), которые датируют концом Западной Чжоу. Кроме того, мы располагаем созданными уже в период Весен и Осеней «Комментарием Цзо» («Цзо чжуань» или «Цзо ши чжуань») и «Речами царств» («Го юй», где изложены исторические анекдоты того времени), которые свидетельствуют о распаде системы, которую мы условно называем феодальной. Синтез данных, полученных из таких источников, позволяет нам до определенной степени провести реконструкцию так называемого чжоуского феодализма (главным образом – в историко-правовом аспекте).
Согласно цитируемым в надписях на бронзовых сосудах текстам жалованных грамот и стихотворениям, созданным в конце рассматриваемого периода, первейшей обязанностью вассала было присутствие на всеобщем собрании, которое называлось «царской встречей». Такие собрания устраивали при восшествии на престол нового монарха, а также несколько раз в году в фиксированные сроки. Во время таких посещений они, по-видимому, платили царю дань изделиями, изготовляемыми в их землях, и приносили клятву вассальной верности. 
Кроме того, в мирные времена они присылали чернорабочих для строительных работ по укреплению царского города или государственных границ; в мирное время они обеспечивали еду, жилье и все удобства проезжавшим через их территории царским наместникам, а во время военных действий – проходившим там царским войскам. Кроме того, вассалы были обязаны вооружать собственные войска, предоставляя их в распоряжение правителя, и участвовать во всех совместных походах.
Вассалы производили дальнейшее разделение своих вотчин, полученных от царского дома, среди своих собственных подчиненных – вассалов в рангах министра, сановника и служилого. Эти подчиненные были обязаны выполнять ту же трудовую и военную службу по отношению к вассалам, какую последние несли по отношению к царскому дому.
При церемонии жалования земель, сначала, когда царский дом Чжоу осуществлял распределение подвластной ему территории среди вассалов, и затем, когда вассал доставлял ко двору дань, царь вручал вассалу лук со стрелами, или колесницу, или платье, символизирующие земли или иное пожалование. Тогда же зачитывалась декларация в форме жалованной грамоты, где одновременно прославлялись предки вассала или он сам за службу царскому дому и отдавалось приказание верно служить царскому дому и в дальнейшем. Взамен вассал в знак своей преданности дарил царю яшмовый сосуд и клялся служить царскому дому с непоколебимой верностью. Эта церемония проводилась в царском дворце со всей надлежащей пышностью и серьезностью. 
Существовал схожий ритуал, регулирующий отношения между вассалом и его подчиненным. Так вот, этот отраженный в тексте жалованной грамоты ритуал, где подчиненный клятвенно подтверждает свое служение царскому дому за его благодеяния, и вообще отношения между царем и вассалом или вассалом и его подчиненным в Китае очень напоминают средневековую церемонию инфеодации в Европе (она совершалась между сюзереном и вассалом и базировалась на присяге последнего, в которой он обещал служить сюзерену за его благодеяния).
Это кажущееся сходство заслуживает более тщательного исследования. Я только что сказал, что отношения, связывавшие царский дом Чжоу с его вассалами, а последних – с их подчиненными, во многом напоминают средневековые феодальные отношения между сюзереном и вассалом, когда за пожалование земель вассал клялся сюзерену в верной службе – прежде всего, военной. Тем не менее, несмотря на сходство с юридической точки зрения связей сюзерена с вассалом, при общем сравнении общественных условий в период Чжоу и в западноевропейском Средневековье можно выявить большие расхождения между этими системами. Правильнее будет рассматривать каждую из них в ее индивидуальной обусловленности своим особым социальным фундаментом.
Прежде всего следует уделить внимание отношениям между сюзереном и вассалом. Они не ограничивались соглашением между отдельными сюзереном и вассалом: в Китае они скорее были связью, сформировавшейся между семьями, к которым принадлежала каждая из сторон. Это особенно верно в отношении большинства влиятельных вассалов периода Чжоу, поскольку все они, начиная с сына правителя Чжоу, принадлежали к одному клану, носящему фамилию Цзи. Между царем и вассалом существовали феодальные отношения, основанные на присяге верности, которую вассал приносил в ответ на царские благодеяния, однако связь между царем и вассалом скреплялась не только таким образом: царь и вассал были членами одного рода. 
Существовала и дополнительная связь, основанная на отношениях главного рода с боковыми ветвями. Все вассалы были связаны с главным родом – чжоуским царским двором – через принадлежность к боковым ветвям этого рода. Именно на основании таких родственных отношений Чжоу контролировало все территории, распределенные им в качестве пожалований. В эпоху Чжоу родственные узы между происходившими от общего предка боковыми ветвями главного рода и самим главным родом, который содержал храм, где проводились службы в честь общего предка, и заботился об их возобновлении, заключались в участии в общем культе в центральном храме духа предка. Следовательно, такой клан следует рассматривать как группу, участвующую в общем культе. Чжоуский царский двор и вассалы, происходившие из того же рода, были связаны, будучи членами единого сообщества, сформированного с целью отправления религиозного культа. Имея право на благосклонность духа общего предка, они также брали на себя обязанность приносить жертвы и способствовать проведению служб в храме. Дом Чжоу как центр рода и охранитель храма предков принимал услуги от членов рода, которые те предоставляли ответственному за служение духам, и обладал привилегией распоряжаться такими услугами. Что касается связи чжоуского двора с его феодальными княжествами, сильнейшим фактором следует считать скорее элемент кланового родства, нежели какие-либо феодальные отношения.
Однако связь между чжоуским царским домом и семьями, принадлежавшими к другим родам (то есть носившими другую фамилию), носила другой характер.
 К тому же очевидно, что очень многие вассалы крупных феодалов происходили из неродственных основному клану семей. Таким образом, встает проблема отношений сюзерена и вассала, происходивших из разных родов. 
Возможно, в этом случае феодальные отношения были сильнее, чем в первом примере. Но между сюзереном и вассалом, происходившими из разных кланов, существовала другая связь: они были членами одного религиозного сообщества. Такие взаимоотношения, подобные связи через клановое родство, реализовались в функционировании религиозных сообществ, сформированных для почитания местных духов земли (шэ шэнь). Именно из этого источника возникли общины городов-государств, о которых пойдет речь.
Категория: Время Конфуция | Добавил: vsyvera (16.02.2015)
Просмотров: 426 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]